— Зерновые мы убрали довольно быстро, — рассказывает он. — Недавно вышли на подсолнечник. Полтора дня помолотили и стоим — дожди.
По пшенице ситуация в хозяйстве складывается вполне приличная. Если в разных хозяйствах района урожайность гуляет от совсем скромных цифр до весьма достойных, то у Дюхина пшеница дала в среднем около 27–28 центнеров с гектара.
При этом прослеживается одна общая для региона тенденция: урожайность и качество зерна идут разными дорогами.
— У нас урожайность есть, но по классу в основном четверка, даже пятерка, — говорит фермер. — Дожди в нашей части района все-таки были, чего жаловаться? Пусть не всегда вовремя и, возможно, не в том количестве, которое позволило бы получить максимальный урожай.
В итоге урожайность есть, а качества нет. Причем сам фермер признает, что в этой формуле недостаток клейковины — это не только происки небесной канцелярии, но во многом и вопрос технологии.
— Где-то не докормили, где-то не успели вовремя, где-то можно было сделать больше, — рассуждает Владимир Дюхин. — Природа дала возможность получить урожай, а дальше многое зависело от нас самих.
На подсолнечник фермер тоже успел зайти буквально перед дождями. Обмолочено пока слишком мало, чтобы делать окончательные выводы, но предварительно урожайность выглядит неплохо. Правда, влажность семечки после дождей оказалась высокой — около 20 процентов.
— Перед этим провели десикацию, но ждать идеальных условий уже не стали: после нее прошло всего пять-шесть дней, а погода явно намекала, что следующего удобного окна можно и не дождаться.
Вопрос — что, где и когда продавать? Владимир Дюхин довольно взвешенно и четко выстраивает маркетинговую стратегию.
— Я условно делю культуры на две группы, — говорит он. — Первая — экспортно ориентированная: прежде всего горох и лен. Вторая — те культуры, для которых есть серьезная переработка внутри Алтайского края, — подсолнечник и пшеница.
Логику такого разделения фермер объясняет без сложных экономических моделей:
— Даже если в Алтайском крае урожайность слабенькая, китайцы тот же лен могут купить в Кургане, могут купить в Челябинске. Он все равно поедет, пусть чуть подальше. Поэтому великого роста цены на экспортно ориентированные культуры я не жду. Рубль-два — может быть. Поэтому горох продал, лен сейчас продаю.
А вот с подсолнечником и пшеницей, считает он, ситуация иная. Если урожайность по краю действительно просела, а местная переработка никуда не исчезла, спрос в течение года будет сохраняться. Поэтому здесь аграрий решил сыграть вдолгую.
— Две культуры оставляем, ни килограмма не продаем, сидим, смотрим обстановку.
— Если сегодня рынок не радует, зачем торопиться? — задается аграрий вопросом.
Отдельная история — соя. По словам Дюхина, переходящие запасы по России невелики, а часть хозяйств после прошлого сезона от этой культуры отказалась. Поэтому и здесь он рассчитывает увидеть более интересную цену ближе к весне.
Говоря о севообороте, собеседник особо подчеркнул, что не собирается превращать хозяйство в коллекцию сельхозкультур. Земли становится больше, а вместе с ней возникает и другая проблема — чем больше культур, тем сложнее всем ими заниматься одинаково внимательно.
— Семь-восемь культур — это уже не про нас, — отмечает он. — Запутаемся и в итоге толком не поймем, что наделали. Поэтому оставим четыре культуры: сою, лен, подсолнечник и пшеницу.
По информации сайта Алтайский крестьянин.
