— Хочешь, я покажу тебе мой город? — Конечно. Такой разговор состоялся, когда мы с мужем только что приехали в его город (1968 г.) — Камень-на-Оби.
Мы бродили по городу, любовались “Мастодонтом”, уникальным мостом через Обь, побывали в краеведческом музее, рассматривали памятники. Завороженные степенным и могучим потоком красавицы Оби, долго гуляли по берегу (набережной еще не было).
Николай гордился своим городом. Вечером мы пошли в кинотеатр. Демонстрировался фильм “Братья Карамазовы”. Мне интересен Достоевский, его гениальные психологические трактовки характеров героев. Кинематографическое режиссерское решение сложных коллизий романа потрясло меня. Фильм сделан мастерски.
Когда стали говорить о фильме, Николай с гордостью сказал: “А ты знаешь, режиссер этого фильма Иван Александрович Пырьев — наш земляк. Жаль, что в феврале этого года его не стало, не успел до конца сам завершить этот фильм.
Видишь, какие у меня земляки: Кондратюк, Громов, Пырьев…”
Когда мне предложили написать о Пырьеве, я поняла, что не только стоит, а необходимо говорить о достойных людях нашего города. Если мы только пройдемся по далеко не полной фильмографии режиссера И. А. Пырьева, то уже сразу станет ясно, насколько талантлив был он, как автор и режиссер, поставивший фильмы: “Посторонняя женщина”, “Перегон смерти”, “Государственный чиновник”, “Токарь Алексеев”, “Партийный билет”, “Богатая невеста”, “Трактористы”, “Любимая девушка”, “Свинарка и пастух”, “Секретарь райкома”, “В шесть часов вечера после войны”, “Сказание о земле Сибирской”, “Кубанские казаки”, “Испытание верности”, “Наш общий друг”, “Свет далекой звезды” и фильмы по Достоевскому: “Идиот”, “Белые ночи”, “Братья’ Карамазовы”.
Пырьев сам написал книгу о своей жизни, где с легким юмором и сердечной теплотой вспоминает свое детство. “Я родился в Сибири, на большой судоходной реке Оби, в селе Камень. Родители мои -— коренные сибирские “чалдоны” — крестьянствовали. Кроме работы на полях, отец и мать грузили хлебом огромные баржи.
На высоком берегу Оби, где раскинулось наше село, как многоэтажные дома, стояли гигантские деревянные амбары элеватора купцов Второвых, Винокуровых и других. Тысячи пудов пшеницы горами лежали на гладко выметенной земле. Сотни женщин деревянными лопатами ворошили, подбрасывали пшеницу вверх. Одной из этих женщин была моя мать. Грузчиком — мой отец.
В пять лет я лишился отца, с 4 до 11 лет жил в семье деда, помогал по хозяйству: гонял лошадей на водопой, пас телят и свиней, работал верховым во время сенокосов, жатвы и пахоты.”
В 1915 году предпринимал несколько попыток попасть на фронт. “Парень я был веселый, смышленый, неплохо пел, плясал, и они (солдаты) полюбили меня, достали мне шинель, дали шапку, надели погоны”.
Но после приказа об отправке с фронта всех несовершеннолетних (а ему всего 14 лет) его отчислили из полка. Парень, однако, был упрямый и не однажды еще пытался попасть на фронт. Он был награжден Георгиевским крестом 4-й степени.
После революции в Екатеринбурге встретился и подружился с Григорием Александровым, организовали театр для детей, где поставили спектакли “Принц и нищий”, “Тролль с Большой горы”.
“Я учился, работал, играл в спектаклях, выступал в клубах (читал стихи), был секретарем партийной ячейки, активным организатором субботников и даже… играл в футбол. День мой начинался с 6-7 утра и кончался в 2 часа ночи… Полуголодный, усталый, я еле добирался до своего угла, который снимал за полпайка, и засыпал с верой в победу мировой революции… Было хорошее, революционное время для искусства. Шло обновление, ломалось старое, традиционное. Шли поиски новых форм и новых путей,” — пишет Пырьев.
Работа в студии МХАТа, в ГЭКТЕМАСЕ под руководством В. Э. Мейерхольда, влияние гения которого видно и сейчас почти в каждом театре, совместная деятельность с Эйзенштейном дали свои плоды.
Трудился в Госкинофабрике, где началась режиссерская деятельность Пырьева. И всю жизнь учился, трудился, как одержимый.
Каждый новый фильм требует от режиссера нового постановочного решения, особого подхода к работе с актерами, оператором, художником. Режиссер должен уметь облечь тему сценария в свойственную только ей художественно-этическую форму, которая раскроет во.всей глубине авторский замысел, придаст фильму острую выразительность, заставит его засверкать богатством человеческих характеров. И все это удавалось ему.
Немаловажно подобрать артистов для исполнения ролей. Пырьев умело это делал. С И. Пырьевым работали такие известные актеры, как М. Ладынина, Н. Крючков, А. Алейни- ‘ ков, Ф. Раневская, О. Абдулов, М. Жаров, В. Дружников, Б. Андреев, К. Лучко, Ю. Яковлев, Ю. Борисова, Н. Фатеева, М. Ульянов, К. Лавров, А. Мягков и др. И все они находили в И. Пырьеве доброго наставника, настоящего руководителя, талантливого создателя фильмов.
Особенно сложно было работать над произведениями Достоевского. “Можно запутаться” в противоречиях, раздирающих его героев. Можно потерять представление о добре и зле, о чести и бесчестии, о праведном и ложном, тогда экранизировать романы опасно и вредно,” — пишет Пырьев.
Взявшись за решение этой сложной проблемы, Иван Александрович блистательно с ней справляется.
Он шел через преграды в борьбе и спорах. Случалось, его и ругали, и превозносили не по заслугам. Он реагировал бурно:
защищался и нападал. И выходил победителем, потому что верил в себя, в свои идеи, в свое искусство. И эта вера освещала его необузданную страсть ясным и чистым светом искренней правды. Пырьев ушел, а фильмы его остались и живут.
Людям, знавшим Ивана Александровича лично, невозможно оторвать фильмы Пырьева от его личности, от него самого…
Вот он среднего роста, стройный и гибкий, с припухшей, как будто надутой верхней губой и непокорным хохолком на макушке — врывается в павильон и, мгновенно заметив недоделки, обрушивается, как гром, на виновных. А вот он — притихший, задумчивый, мягкий — мечтает о новом фильме или о привлечении в кино вновь узнанного талантливого человека. Думает об организации Союза кинематографистов: так-то может быть хорошо!
Вот он медленно поднимается на трибуну пленума, совещания, съезда, что-то шепчет, заглядывая в бумагу, но постепенно распрямляется, вырастает и начинает говорить с такой убежденностью, силой, страстью, что нельзя не поверить, нельзя не согласиться.
Огромный всепокоряющий темперамент, нетерпеливое стремление действовать, создавать, не щадя ни своих, ни чужих сил, и обостренное чувство общественного долга двигали им. Его многие боялись, но работать с ним любили.
Таков он — кинорежиссер, кинодраматург, народный артист СССР, лауреат Государственных премий, наш земляк Иван Александрович Пырьев.
Р. БУТЫРСКИХ.
